Я старый больной пердун. Мне 54 года. И вот нахрена мне это всё надо!? Сел в электричку Москва-Петушки. И вспомнил юношество. Короткие волны. Радиоприёмник. Сева Новгородцев читает поэму Венедикта Ерофеева Москва-Петушки. А я как раз туда еду. С бодунища.
Серп и Молот — Карачарово
И немедленно выпил…
Карачарово — Чухлинка
А выпив — сами видите, как долго я морщился и сдерживал тошноту, как долго я чертыхался и сквернословил. Не то пять минут, не то семь минут, не то целую вечность — так и метался в четырех стенах, ухватив себя за горло, и умолял бога моего не обижать меня.
И до самого Карачарова, от Серпа и Молота до Карачарова мой бог не мог расслышать мою мольбу, — выпитый стакан то клубился где-то между чревом и пищеводом, то взметался вверх, то снова опадал. Это было как Везувий, Геркуланум и Помпея, как первомайский салют в столице моей страны. И я страдал и молился.
И вот только у Карачарова мой бог расслышал и внял. Все улеглось и притихло. А уж если у меня что-нибудь притихнет и уляжется, так это бесповоротно. Будьте уверены. Я уважаю природу, было бы некрасиво возвращать природе ее дары… Да.
Доехал до 113 км, там на Клязьму и 23 км до Петушков. Ну что то я заколебался.